Гедиминовичи: династические этапы большого пути.

И. Данилов.

Директор приватного центра

туристической информации и обслуживания

 «Путь Гедиминовичей»

г. Каменец-Подольский  2014.

Гедиминовичи:

династические этапы большого пути.

 Collage

Рюриковичи

Гедиминовичи

Предистория: Миндовг
Гедимин
Ольгерд
Кориатовичи
Витовт и Ягайло
Свидригайло

У нас нет ни малейшего сомнения в том, что любознательный турист, интересующийся деятельностью нашего центра Гедиминовичи, что же за путь  они прошли, и какое отношение имеют они к Подолью вообще и к Каменцу в частности где, собственно, и находится наш Центр.

     Попытаемся удовлетворить любопытство читателя и пусть коротко, но все же осветить эти три основных вопроса. Только, для б0льшего понимания сути проблемы, несколько расширим изложение и пунктиром остановимся на представителях не одной, а двух, Рюриковичи/Гедиминовичи, династий, имевших непосредственное отношение к нашему краю. Относительно же полной их роли в поступательном развитии земель Древней Руси – сегодняшней Украины, равно как и Подолья, при настоящем  изобилии доступных источников, полагаем,  грамотному читателю не составит труда  дать ответ себе самому.

     Понимание проблемы «произрастания», взаимопереплетения, взаимопрорастания  династических корней, а так же внутридинастического и междинастического сотрудничества и борьбы, помогут более полно воспроизвести картину далекого прошлого Понизья-Подолья. Возможно, они заставят усомниться в абсолютности и незыблемости таких понятий  как этноцентризм, этноизоляционизм  и этносепаратизм.

     Так уж устроен мир, что каждое из поколений проживает в своей конкретной временной константе и окончательно понять поведенческую мотивацию тех, кто жил несколько сотен лет назад, нам, нынешним, не очень просто. Лишь понимание, по какому идеологическому острию самоидентификации в разные времена проходила линия водораздела «свой – чужой»,  можешь глубже вникнуть в суть исторических процессов. И то не до конца.  Поэтому, здесь  мы ставили перед собой задачу не столько навязать мнение, дать оценку деятельности, сколько в популярной форме констатировать сам факт, вызвать дополнительные вопросы, пробудить желание узнать больше. В конечном итоге, посетить те места, где материализованная в памятниках история, позволит к себе прикоснуться не только мысленно.

          Глубинные социально-политические процессы, с точки зрения государствообразующего генезиса, на землях Древней Руси ничем не отличались  от таких же  на территории иных государств.  По ходу их развития воля судьбы, или Божий промысел вручали бразды правления народом и строительство государства одним, низвергая других. Как в спорах рождается истина, так и в пассионарной борьбе  формировались правящие династии. К одним судьба была благосклонна, и они оставляли неизгладимый след в истории и памяти благодарных потомков. Иные мелькали «на час»,  и в настоящее время их имена, в лучшем случае, о чем-то говорят лишь узкому кругу профессиональных историков.

    Останавливаясь на истории той части Древнерусского государства, где возникла позже Украина,  мы имеем возможность говорить о двух главных династиях, внесших свой вклад в формирование государственности – Рюриковичах и Гедиминовичах.

    Рюриковичи

Рюрик Худ. Артурас Слапшис

Рюрик
Худ. Артурас Слапшис

Рюриковичами, чьи имена гораздо более известны по сравнению с представителями иной  династии, называют великокняжеский, позже – царский (Россия) род потомков легендарного «варяга» Рюрика.  От него, умершего в 879 г., а перед этим летописного основателя Новгородского княжества и с 862 г. уже и князя новгородского, стал быть род княжеский – великокняжеский – царский.

     Falcon-TridentСторонники норманнской теории происхождения Руси отождествляют Рюрика с датским (ютландским) конунгом Рёриком. Согласно славянской версии, Рюрик вышел из княжеского рода ободритов, а его именем стало родовое прозвище Рарог (Рарег, Ререг) –  сокол, чье изображение позднее, видимо было трансформировано в схематический знак родового герба –   трезубец.  Ободритами же, от об-одриты  (река Одра-Одер), называли полабский средневековый союз  славянских племен, проживавших в нижнем течении Эльбы (Лабы) – в восточной части земли Шлезвиг-Гольштейн и северо-восточной части современной Нижней Саксонии. Еще одну ассоциацию с именем Рюрик вызывает название крупнейшего города этого племенного союза – Рерик, который был построен около 700 г. н.э. и, предположительно, находился на восточном побережье Висмарского залива Мекленбургской бухты Балтийского моря.

     О том, что Рюриковичей можно ассоциировать с Рарогами или Ререгами, косвенно подтверждает и «Слово о полку Игореве», называя русских князей соколичами или потомками Ререга-Сокола.

     Со временем, раздробившись на множество ветвей, большинство представителей династии все же остались правителями, как Древнерусского государства, так  и множества удельных княжеств,  образовавшихся после его распада. Но и не только.

Родоначальник галицких Романовичей – внук Изяслава – волынский князь Роман Мстиславич,  в 1198 г. сел на стол Галицкий и создал объединённое Галицко-Волынское княжество. Сын Романа Даниил принял в 1254 году титул короля Руси, который Романовичи носили  на протяжении 70 лет,  вплоть  до пресечения династии на Владимире Львовиче.  Кроме того,  Ростислав Михайлович – сын Михаила Всеволодовича Черниговского и Марии, дочери Романа Мстиславича Галицкого – утверждал свою власть в Болгарском царстве, а его  потомки  были удельными князьями  в Венгерско-Хорватском  королевстве.

     Младший сын Андрея Юрьевича Боголюбского – Юрий (Георгий) князь Новгородский – в 1172-1175, как супруг  царицы Тамары,  одно время был ее соправителем в Грузинском царстве.

     В то время, когда Даниил был королем Руси,  его четвёртый сын Роман – луцкий князь,  стал мужем  Гертруды  – племянницы австрийского герцога Фридриха Бабенберга,  наследницы австрийского престола.  Это дало право Роману притязать в правах на Австрию и Штирию.

Шварн

Шварн
Худ. Артурас Слапшис

     Не обошли представители Рюриковичей вниманием и  Великое княжество Литовское.  Речь, прежде всего, о Шварне – третьем сыне Даниила Романовича Галицкого и Анны Мстиславны Смоленской. Будучи представителем волынской ветви Рюриковичей, он стал четвёртым великим князем литовским (1267, 1268-1269). И этот факт очень важен для понимания другой части нашей исторической справки, почему с угасанием династии галицких Рюриковичей-Романовичей,  претензии на земли Руси начинают предъявлять литовские Гедиминовичи.

     Владимир Львович Галицкий, правивший между 1323-1325 гг., умерший в  1340г. и известный только по польским хроникам, официально был последним представителем  династии Рюриковичей-Романовичей по мужской линии.  Об угасании династии говорит и то,  что, согласно польским хроникам, Владимир Львович  правил уже совершенно номинально, всецело завися от боярской  думы. Он одновременно и свидетель,  и современник,  и, в какой-то мере, участник  династических перемен на землях Галицко-Волынской Руси.  В это время начинается становление здесь новой династии – литовских князей Гедиминовичей.  Князей «нерюриковичей», которые  в течение длительного  времени оказывали  непосредственное влияние на социально-политические и геостратегические процессы на землях, собранных Рюриковичами.

     Интересно, что Рюрик по женской линии является общим династическим предком очень многих европейских аристократов через: дочь Владимира Святого и жену польского князя Казимира Восстановителя – Марию Добронегу (Доброгневу); королеву Франции Анну Ярославну; Збыславу Святополковну – с 1103 первую жену польского князя Болеслава  III Kривоустого.

     Кажется невероятным, но по линии этих трех женщин Рюриковичами можно считать не только всех современных монархов Европы, но и нескольких американских президентов, мировых политиков и деятелей культуры, в том числе – Джорджа Вашингтона, Рузвельта, Джорджа Буша, Уинстона Черчилля, Симона Боливара, Веллингтона, кардинала Ришелье, Отто фон Бисмарка, Рубенса, Тулуза-Лотрека, Байрона, Александра Дюма, Джонатана Свифта, Жан-Поль Сартра, Антуана Сент-Экзюпери, Роберта Льюиса Стивенсона, Фритьофа Нансена…

     Мы не ставили здесь перед собой задание, да это и невозможно, в коротком историческом экскурсе ознакомить читателя с полной историей Дома Рюриковичей.  Вернувшись к вышеизложенному, еще раз отметим, что последними правителями юго-западной Руси были Рюриковичи-Романовичи, угасшие к середине XIV в.   В  Руси северо-восточной это произошло позже – в конце XVI в. Последними представителями  династии Рюриковичей по мужской линии там стали цари Фёдор I Иоаннович и Василий Шуйский.

Rurikids_Tree

Гедиминовичи

Несколько подробнее  все же остановимся на династии тех князей, чье имя носит наш центр – Гедиминовичах.

     Как знает читатель,  в конце XIII- нач. XIV в. на землях будущей Белоруссии и Украины был утрачен суверенитет потомственных линий Рюриковичей, и  в силу геополитических причин эти земли оказались  в составе Польши,  Венгрии и Великого Литовского княжества.   А коль скоро великокняжеские и княжеские столы не могли оставаться в вечной, так сказать,   «вакансии», то следовало ожидать тут появления новых «богопомазанных» родов. Господь обратил свой взгляд на литовскую династию от корня великого князя Гедимина. В настоящее время трудно себе представить, что в XIII-XVI вв. нынешняя маленькая прибалтийская Литва обладала настолько большой пассионарностью, что стала одним из самых крупных государств Европы.

Предыстория: Миндовг

Миндовг Худ. Артурас Слапшис

Миндовг
Худ. Артурас Слапшис

     Первое упоминание Литвы как Lituae  встречается под 1009 г.  в  «Хронике от «сотворения мира» до 1025 г.,  известной как «Кведлинбургские анналы». Упоминание о ней в древнерусских летописях относят к  1040 г., ко времени  похода  на север  князя Ярослава, когда была заложена новогрудская крепость.  В XII-XIII вв.,  в результате пассионарной деятельности литовских князей, государственность литовских племен упрочилась, а само княжество стало прирастать соседними территориями.  К середине  XIII в. Литва становится Великим княжеством, которое возглавил Миндовг. К этому времени растут  династические связи литовских и древнерусских князей. Известно, что Даниил Романович Галицкий был женат на племяннице князя Миндовга,  из-за чего его сыновья имели право претендовать на власть в литовских землях.  Тем более что сын Миндовга Войшелк, отказавшись от сотрудничества с папой римским и от королевского титула, стал монахом в Галичском монастыре, а позже отправился в паломничество на Афон.

Витень Худ. Артурас Слапшис

Витень
Худ. Артурас Слапшис

После убийства в 1263 г. Миндовга и серии междоусобиц,  Войшелк вынужден был покинуть монастырские пенаты, вмешаться в борьбу, и стать ненадолго великим князем. Принимая в качестве государственной религии Литовского княжества  православие и  опираясь на православное духовенство Галицко-Волынского княжества,  в 1265 г. он  основал православный монастырь, как фундамент христианизации Литвы, а  в 1267 г. добровольно передал власть  сыну Даниила Романовича Галицкого, зятю Миндовга – Шварну. Смерть Шварна в 1268 г. обострила отношения Литвы и Галицко-Волынского княжества, дружины которого, соблюдая вынужденный  союз с монголо-татарскими силами Менгу-Тимура и Ногая,  неоднократно вторгались в литовские земли.

     Несмотря на серьезную пассионарность, на рубеже XIII-XIV вв. Литва переживала серьезный кризис смутного времени, конец которому положил великий князь Гедимин (1316 — 1340).  По одним преданиям он, будучи конюшим литовского князя Витеня, убил хозяина  и коварством захватил верховную власть. По другим –  он был братом или даже сыном Витеня.

Гедимин

Гедимин Худ. Артурас Слапшис

Гедимин
Худ. Артурас Слапшис

Именно Гедимину суждено было объединить Литву и Западную Русь и возвысить Великое  Литовско-Русское княжество до уровня сильного европейского государства.

     Во время  предшественников Гедимина, первыми городами, вошедшими в состав княжества Литовского,  были  Гродно, Новогородок (Новогрудек), Слоним и Волковыск, принадлежавшие  Черной Руси. Еще при Миндовге Литве подчинилась земля Полоцкая.  Великое княжество Литовское и дальше видело в землях Руси возможность территориального расширения, поэтому во внутреннем устройстве оно начинает ориентироваться на древнерусские государственные традиции.

     При Гедимине такая тенденция нашла продолжение  — князья Минские, Туровские и Пинские, Гродненские, Берестейские, Витебские сначала выступают его союзниками, но вскоре их уделы становятся частью Литвы. Как правило, такие присоединения проходили достаточно бесконфликтно, из-за  толерантности литовцев и стремления древнерусских областей поскорее избавиться от татарского ига. Государственность литовская по отношению к новым территориям не работала по принципу пресса – она не давила и не навязывала, а двигалась путем, конвергенции.  Процесс сближения литовских и русских земель проходил через достижение компромиссов. При этом Литва брала себе на вооружение от Руси все лучшее.  Прежде всего, это отразилось на организации военного дела – спонтанные и хаотичные литовские ополчения ушли на смену организованным дружинам и  полками.

Поскольку Гедимин не разрушал основы гражданского устройства и не покушался на права православного  духовенства, южнорусские города подчинялись  ему добровольно, а жители новоприобретенных земель  беспроблемно признавали над собою верховенство Литвы. Это дало ему возможность  титуловаться  великим  князем не только Литовским, но и Русским, а название ВКЛ звучало  как Великое княжество Литовское, Русское и Жамойтское. Кроме того, князь осознавал объединительную важность общегосударственной религии. И хоть сам он оставался язычником до самой гибели, но сыновьям не возбранял креститься по православному обряду и возводить  православные христианские храмы. Вместе с тем, понимая определенную уязвимость ВКЛ на землях Древней Руси, Гедимин постарался как можно теснее породниться династией Рюриковичей.

Любарт Худ. Артурас Слапшис

Любарт
Худ. Артурас Слапшис

Еще в 1316 г.  он заключил мир с галицко-волынскими правителями и наследниками Даниила Галицкого – Львом и Андреем Юрьевичами, а его сын, Любарт Гедиминович, женился на дочери Андрея Юрьевича. Правда, весной 1323 г. одновременно и при невыясненных обстоятельствах Лев и Андрей Юрьевичи умирают. Галицкая земля «осиротела».  Под  предлогом возникновения ордынской угрозы для христианских земель летом и осенью того же года польско-венгерские войска предприняли первый поход в земли Галицкие. Не ожидая неблагоприятного для себя развития событий, в это время Гедимин захватил Волынь и отступил на зимовку в район Берестья (Бреста).

В ходе дальнейшего продвижения на юго-восток, Гедимин не ограничился Волынью, но 1324 г. на р. Ирпень разгромил дружины киевского князя Станислава и его союзников ордынцев,  после чего предпринял удачный поход на Киев. В результате этого, Любарт получил владения на Волыни, а в Киеве был посажен  князь Фёдор,  действовавший, хоть и  в условиях продолжающегося татарского баскачества, но все же в интересах Гедимина. Эти два события стали началом многовекового владычества Великого княжества Литовского в землях Южной Руси. Можно отметить, что здесь Гедимин сыграл на упреждение. Поскольку, под  предлогом возникновения ордынской угрозы для христианских земель летом и осенью того же года польско-венгерские войска предприняли первый поход в земли Галицкие.

     И  Витень (1295-1316), и    Гедимин (1316-1341)  сосредоточили в своих руках всю  полноту государственной  власти, проводя  централизацию государства с ориентиром на православную идеологию. Это приостановило экспансию крестоносцев, закрепило в составе Литвы западнорусские земли  и дало возможность начать инкорпорацию  земель юго-восточной Руси,  ослабленной монгольским игом. В Литве упрочилось православие,  поскольку еще Витень  объединил епископства Полоцка и Турова в новоучрежденной  Литовской митрополии с центром в Новогрудке.

     Большое внимание Гедимин уделял и формированию политико-административного центра государства – первая официальная столица им была заложена в Троках около  озера Гальве. Затем он перенес ее в город Вильну (Вильнюс), который построил на холмистых берегах р. Вилия – правого притока р. Неман.

     Князь Гедимин стал не только продолжателем дела Витеня но и  основателем  известнейшей великокняжеской династии,  оставив  от трёх браков шесть дочерей и семь сыновей.  В заслугу Гедимину можно поставить то, что он постарался в зародыше уничтожить между сыновьями очаг будущих конфликтов. Еще прижизненно он разделил между ними свои владения:    Монтвид  (ок. 1300—1348) получил Кернаве и Слоним;  Наримунт (в крещении Глеб; ок. 1300—1348) овладел Пинском;  Ольгерду (в крещении Александру или Дмитрию; ок. 1296—1377) отошло  Крево;  Кориату (в крещении Михаилу; ок. 1300-ок. 1362) –  Новогрудок;  Любарт (в крещении Дмитрий; ок. 1300—1384) получил  Владимир, Луцк и Волынь;  Кейстут (1297—1382) – Жемайтию, Троки и Гродно;  Евнутий (в крещении Иван, ок. 1300– после 1366) принял от отца Вильну, Ошмяну, Вилькомир и Браслав.

Евнутий Худ. Артурас Слапшис

Евнутий
Худ. Артурас Слапшис

Потомство четырех сыновей Гедимина – Монтвида, Кейстута, Кориата и Любарта  угасло во втором или третьем поколении. Как правило,  Гедиминовичами называют потомков трех его сыновей – Наримунта,  Ольгерда и Евнутия, тем не менее, Гедиминовичи все,  кто происходит от корня Гедимина. Они  сформировали  не только правящую  династию Великого Литовского княжества (ВКЛ), но определение Гедиминовичи стало общим названием княжеских родов Литвы, Беларуси, Польши, России и Украины.

     Как мы уже отмечали – к Гедимину и к Гедиминовичам нельзя в абсолютной степени применять определение «завоеватели Руси». Известно, что  в  XIII в.  земли Руси были разорены татарами. Уничтожены были не только города, но и многие представители светской и военной элиты. Литовские  князья, заполняя возникший вакуум и оседая на землях  Древней Руси,  начинали свою деятельность не борьбой против ее самобытности, а с восстановления городов и со строительства замков. Именно поэтому с самого начала своего существования ВКЛ  носило характер дуалистической славяно-балтской державы. Этот же характер оно сохранила и в то время, когда его внутренняя  политика была направлена на возможно полное углубление централизации.  Забегая наперед скажем, что результат получился  потрясающим и это очень хорошо видно на примере Грюнвальдской битвы 1410 г. Военные силы этого княжества вышли на поле сражения не смесью литовских, белорусских, северорусских и южнорусских хоругвей, а единой дисциплинированной армией централизованного государства.  Благодаря четкой организации, на порядок превосходящей организацию войска польского, они и сыграли особую роль в Грюнвальдском разгроме крестоносцев.  Таким образом, не будет ошибкой сказать, что Гедиминовичам удалось найти ту хрупкую грань, балансируя на которой они могли сохранять внутренний мир и стабильность державы.

Наримунт Худ. Артурас Слапшис

Наримунт
Худ. Артурас Слапшис

Именно поэтому в 1332 году, впервые за всю историю Новгорода, на стол туда был приглашен нерюрикович, сын Гедимина – Наримунт. Наконец,  в 1340 г., после окончательного пресечения галицкой династии Рюриковичей, Любарт становится князем не только  волынским, но и галицким. Такая активность Литвы противоречила интересам Польши и спровоцировала между ними 50-ти летнюю династическую войну за галицко-волынское наследство.  Вступив в фазу особенной активности в 1349 г., после распада Галицко-Волынского княжества,  она тянулась,  то затухая, то разгораясь, вплоть до 1392 г.

     Нужно отметить, что Гедимин, имел достаточно серьезные успехи не только на дипломатическом, но и на  военном поприще.  При нем Великое княжество Литовское  укрепилось экономически и политически. Христианство стало авторитетной идеологией,  в стране появились православные церкви и католические костелы. Гедимину удалось укрепить династию и по женской линии,  породнившись с ведущими монархическими домами Восточной Европы.  Он отдал дочерей за польского короля Казимира III,  за князей – галицкого Юрия II Болеслава, тверского Дмитрия Грозные Очи,  московского Семёна Гордого. Немаловажно, что при непрекращающейся вражде с крестоносцами,  германскими городскими общинами и папой римским,  Гедимин мог рассчитывать на помощь не только со стороны своих многочисленных европейских родственников, но и со стороны золотоордынцев.

     К сожалению, после четверти века успешного правления государством, Гедимин принял смерть именно от руки крестоносца.  Осадившие  литовский замок Велона на правом берегу Немана, рыцари Тевтонского Ордена решили вынудить его к сдаче, блокировав все пути подвоза провианта и боезапаса.  Для этой цели они возвели рядом с Велоной два своих небольших замка. Гедимин с сыновьями приступил к освобождению Велоны и осадил немецкие замки,  гарнизоны которых уже имели невиданное дотоле огнестрельное оружие. Именно из такого примитивного орудия Гедимин и  получил пулю в грудь.  Погребли Гедимина по древнелитовскому языческому обычаю  – в Кривой долине Свинторога его тело было сожжено на огромном костре в парадной одежде и при оружии.  Вместе с князем в мир иной отправились любимый конь, слуга, часть трофеев и несколько пленных тевтонов.

Ольгерд

Ольгерд Худ. Артурас Слапшис

Ольгерд
Худ. Артурас Слапшис

После смерти Гедимина, дело отца продолжили сыновья.  Особенно активны были старшие, ставшие по-сути, диархами – великий князь литовский Ольгерд (Альгирдас), княживший с 1345 по 1377 гг. и Кейстут (Кейстутис, Кястутис) – великий князь между 1377-1382 гг.

     Еще при жизни, при распределении владений между сыновьями, Гедимин почему-то отдал столицу Вильно младшему сыну Явнутию. Это не устраивало старших братьев и,  как писали впоследствии, «самый умный из братьев Ольгерд соединился с самым храбрым, Кейстутом, завладел Вильно и присвоил себе верховную власть над всем Литовским княжеством». Кейстут при этом получил под свою руку Жмудь и западную Литву (княжество Трокское).     В своей деятельности он сосредоточился на сдерживании натиска на Литву с запада.

Кейстут Худ. Артурас Слапшис

Кейстут
Худ. Артурас Слапшис

Ольгерд уделял главное внимание восточной политике. И не удивительно почему. Летописи Быховца и Густинская акцентируют на том, что еще до женитьбы на витебской княжне Марии Ярославне Ольгерд принял православие и имел православное имя Александр. В пользу этого говорит строительство нескольких православных храмов — двух в Витебске и одного, во имя святой мученицы Параскевы-Пятницы, в Вильне.  Ну и, кроме того,  не будь он православным, он не давал бы православные имена и своим сыновьям. Запад же часто изображает его язычником, что и не удивительно – все, не исповедующие католицизм,  для  западного вектора были схизматиками – раскольниками, сектантами, отщепенцами. Во всяком случае, истинными христианами они не считались.

     Правление Ольгерда  ознаменовано необычайною активностью. Почти в полном окружении врагов Ольгерд проводил бесконечные войны с соседями и при этом, чаще всего, выходил  победителем.  Присоединением  княжеств Черниговского, Северского и Подолья он завершил присоединение к Литве юго-восточной Руси и первым начал претендовать  на Русь северо-восточную. Ольгерду удалось оттеснить далеко в степь татар, и не исключено, что его усилия «собирателя земель русских» увенчались бы большим успехом,  если бы не связывала по рукам все та же необходимость помощи Кейстуту в борьбы на западе – с поляками, Ливонским и Тевтонским рыцарскими орденами, так же устремленными на восток. Тем не менее, восточная политика Ольгерда была очень последовательной.

     Еще в 1318 г. Ольгерд  женился на дочери витебского князя Марии Ярославне, а после смерти тестя сам стал князем витебским. В 1341 году его и Кейстута для защиты Псковских земель от ливонских рыцарей пригласили псковичи.  И хоть сам Ольгерд не остался княжить в Пскове, но зато он оставил здесь своего сына Андрея.

     Под серьезное влияние Ольгерда попал и Смоленск после того, когда он взял под свою защиту смоленского князя Ивана Александровича.   И если князь Иван был просто обязан Ольгерду, то его сын Святослав попал уже в положение абсолютно зависимое от Ольгерда.  Отказ Святослава сопровождать литовского князя в походах и предоставлять дружины для борьбы с крестоносцами был чреват карательными походами  Ольгерда на Смоленскую землю.

     После смерти первой жены,  в 1350 г.  Ольгерд женился повторно на княжне Ульяне – дочери тверского князя Александра Михайловича, что дало ему повод активно вмешиваться в политику и тверского княжества.

     Под 1355 г. Ольгерд сумел овладеть  Брянском, подчинил себе  Чернигово-северское княжество,  разделив его на три удела.  Его сын Дмитрий получил  Чернигов и Трубчевск;  младший сын,  Дмитрий-Корибут – Брянск и Новгород-Северский, а племянник Патрикей Наримунтович – Стародуб Северский.

     Активная внешняя политика Ольгерда, вскоре дала ему небезосновательный повод титуловать себя «королем литовцев и русских». В настоящее время существуют разные оценки фигуры Ольгерда, но многие признают, что он действительно был одним из первых среди тех, кто после монголо-татарского погрома по праву оспаривал  первенство стать собирателем земель русских в одно государство.  А борьба за это единение  в то время велась многими родовитыми семьями.

     Нужно отметить, что к началу вт. пол. XIV в. Ольгерд почувствовал свою силу настолько, что решил вступить в спор за южнорусские земли непосредственно с самой Золотой Ордой.  В 1362 г., за 18 лет до знаменитой Куликовской битвы,  объединив силы литовцев и русичей,  Ольгерд сумел разгромить на берегах реки Синие Воды трёх татарских эмиров (в ином изложении – ханов, царьков, царевичей, князей) – Хачибея, Хотлубея и Димейтера (Дейметера, Димитрея), старавшихся не допустить отторжения в пользу Литвы земли нынешней Правобережной Украины.

     Интересно, что среди историков встречаются  рассуждения о том, будто Димейтер это не кто иной, как  последний из галицких  Романовичей-Рюриковичей князь Дмитрий.  Якобы в свое время он осел на Подолье и находился в полной зависимости от ордынских ханов. Со смертью Дмитрия после 1368 г. династия исчезла окончательно.

Владимир Худ. Артурас Слапшис

Владимир
Худ. Артурас Слапшис

Несмотря на то, что после Синеводской победы литовские князья еще очень долго  обязаны были «давать выход серебром», т.е. платить дань Золотой Орде,  Ольгерд получил для ВКЛ возможность контролировать обширные территории между Балтикой и северным Причерноморьем.  По-сути, то, что декларировала позже польская Корона,  «от моря до моря», первоначально осуществила маленькая Литва, ставшая ко вт. пол. XIV в. действительно Великим Литовским  Княжеством. Под его властью оказалось почти все левобережье Днестра – от устья реки Серет (ныне в Тернопольской области) до Чёрного моря. Кроме того, весь бассейн реки Южный Буг, и Приднепровье от  лиманов  вверх до впадения в Днепр реки Рось.

     После победы 1362 г. Ольгерд еще больше утвердился в Киеве, посадив там своего сына Владимира, сменившего своего дядю по отцу – князя Федора.  Последний княжил там с 1320-х гг.  Владимир Ольгердович, активно возрождавший Киев от разорения и  оставался киевским князем вплоть  до 1395 года.

     Тем не менее, нужно отметить, что  власть ВКЛ на новообретенных землях была далеко не абсолютной и безусловной. Ольгерду довелось вести упорную борьбу с польским королём Казимиром III за Волынь, закончившуюся только в 1377 при его преемнике – Людовике. Это произошло незадолго до смерти самого Ольгерда. По договору между ним и новым польским королем,  уделы Брестский, Владимирский и Луцкий оставались литовскими, но  Холмщина и Белзская земли отходили Польше.

Кориатовичи

Очень сильные позиции Ольгерд  первоначально сумел для себя создать на Подолье, где посадил на княжество племянников, сыновей младшего брата Кориата (Кориатайтиса). Все они, будучи Гедиминовичами, более известны по отцу под собирательным именем – Кориатовичи (Кориатайтисы). По своему значению, роль именно этих Гедиминовичей для Каменца и других городов Подольского региона – непревзойденная. Именно они с середины XIV в. стали возрождать на Подолье европейские цивилизационные институты, находившиеся в угнетенном состоянии более чем сто лет после монгольского завоевания.

Юрий Кориатович Худ. Артурас Слапшис

Юрий Кориатович
Худ. Артурас Слапшис

До сих пор точно неизвестно, сколько детей было у князя Кориата. Источники указывают на число от 4 до 10, но наиболее глубокий след в истории Подолья оставили именно четыре его сына –  Юрий, Александр, Константин и Федор, принимавших участие в битве на Синих водах, естественно на стороне своего дяди –  князя Ольгерда. Предания называют одним из сыновей Кориата и знаменитого участника Куликовской битвы – воеводу Дмитрия Боброк-Волынского, но о нем несколько позже.

     За помощь в битве на Синих Водах Кориатовичи получили от Ольгерда в «ленное держание», т. е. в пожизненное владение край, который до их прихода был известен под названием Понизье, а со вт. пол.  XIV в. названный Подольем. Первыми властителями Подолья стали старшие сыновья Кориата – Юрий и Александр, которые, как утверждали хроники, придя на Понизье, не застали тут ни одного города «ни камнем мурованного, ни деревом рубленного».  Первой столицей братьев стало до того неизвестное местечко Смотричь. Здесь на высоком мысе в качестве резиденции ими был выстроен деревянный замок, который,  к сожалению не сохранился. Но мыс и до сегодня сохранил название «Замковая гора».

     Интересно, что на Подолье братья копировали диархическую, или дуалистическую форму правления, которая была характерной на уровне великокняжеском – Ольгерд/Кейстут. По старшинству и поочередно Кориатовичи владели Подольем,  утверждаясь здесь все больше.  По всей видимости, это стало причиной возрастающего беспокойства великого князя Ольгерда. По тем временам родственная борьба за власть и внутридинастический сепаратизм были явлениями вполне обыденными. В силу этого, отношения между Ольгердом и Кориатовичами стали очень серьезно портиться, что мотивировало великого князя держать Подолье под присмотром своего наместника – «пана Гаштольда из герба Колюмны», человека  очень знатного, решительного и известного еще со времени Гедимина.

     О знатности и государственной значимости Гаштольда говорит хотя бы тот факт, что когда крестоносцы захватили его в плен, то Гедимин выкупил его  за 30 тысяч золотых. Более того, когда Гедимин перенёс столицу из Трок (Тракая) в Вильно (Вильнюс), то первым воеводой в новой столице он назначил именно Гаштольда.

Как пишет Лев Гунин, после смерти Гедимина, во время княжения Ольгерда Гедиминовича, главным гетманом (воеводой) был назначен Гаштольд Гаштольдович,  которому он передал Каменец. «Гаштольдов – продолжает Гунин – издревле отличали корысть, властолюбие, жестокость, интриганство, вероломство, коварство и почти полное отсутствие положительных качеств. Там, где были Гаштольды, всегда лилась кровь, возникали свары, склоки, утверждалась вражда. Кинжал в спину, удар из-за угла, яд, казни и пытки, предательство и диверсия: вот главные методы Гаштольдов». Кроме того, Гаштольдов отличали и непомерные поборы с подданных.

     Но при целом ряде негативных черт, одна из которых – язычество, Гаштольды были, конечно же, желанной и завидной партией для знатных невест. Известно, что каменецкий староста часто посещал местного подольского магната пана  Бучацкого,  положив глаз на его красавицу дочь.  Гаштольд просил Бучацкого отдать ее ему в жены, но Бучацкий был вынужден отказать, заявив: «Я бы за тебя и рад отдать свою дочь, но не годится мне отдавать свою дочь христианку за тебя язычника, хотя ты и большой пан, но если ты крестишься в нашу веру, я тебе ее дам». Это мотивировало Гаштольда около 1364 г. креститься в Кракове как католика под именем Петр. После этого, Петр (Гаштольд) Гаштольдович как староста каменецкий, активно способствовал формированию в Каменце и на Подолье очага будущей римско-католической курии. После смерти Ольгерда  в 1377 г. Петр Гаштольд покинул Каменец, став старостой Вильнюса.  В общем же род Гаштольдов, получивших во время Городельской 1414 г. унии новый герб «Абданк» оставался в числе знатнейших литовских фамилий еще долгое время.

« Comments

Комментариев пока нет.

« Ваш отзыв